Прибалтийские губернии, вошедшие в состав Российской империи в XVIII в., в течение почти полутора столетий обладали особым статусом, закреплявшим наличие в регионе особого законодательства, собственной судебной системы, местного самоуправления, а также широких привилегий, которыми обладала немецкая элита края, подвергавшая суровой эксплуатации коренное латышское и эстонское население. Модернизационные процессы, охватившие Россию в середине XIX в., рост национально-патриотических настроений в обществе, а также реальная угроза германизации края способствовали пересмотру сохранявшихся в крае отношений. Инициатива обширных реформ в Прибалтийском крае, направленных не только на его административно-правовую и языковую унификацию, но и на защиту интересов местного населения, исходила не от государственных чиновников, а от представителей русской центральной и региональной общественности. Среди последних наиболее видное место занимал редактор газеты «Рижский вестник», открыто отстаивавшей русские государственные интересы в Прибалтике, Евграф Васильевич Чешихин, письмо которого к видному московскому публицисту Н. П. Гилярову-Платонову представлено в настоящей публикации. Анализ содержания данного письма позволяет составить представление о причинах и основных направлениях программы преобразований в Прибалтийском крае и роли региональной русской общественности в ее формировании
В заметке рассматриваются нарративные тексты о семинаристах, опубликованные в российских журналах середины XIX в. Ключевой проблемой становится исключительное место «Очерков бурсы» Н. Г. Помяловского, которые немедленно после появления затмили все остальные произведения его современников и до сих пор переиздаются. Материалом для исследования стали тексты о семинаристах, опубликованные в указанный период. Автор ставит целью продемонстрировать, какие представления об обществе и о месте в нем семинаристов транслируют очерки Помяловского на уровне литературной формы. Хотя о прозе Помяловского и его современников написано немало, большинство исследователей подходит к ней с сугубо литературоведческим категориальным аппаратом, не позволяющим описать общественное значение этих текстов. Актуальность предлагаемой заметки состоит в том, что произведение Помяловского описано в ней с помощью более современных понятий. В частности, произведения Помяловского рассмотрены с точки зрения представлений о социальном воображаемом, характерных для Российской империи. Согласно предложенной в статье гипотезе, Помяловский предложил читателю не столько повесть о вызывающих сочувствие героях, сколько свидетельство о собственном травматическом опыте, которое способствовало созданию коллективной идентичности разночинцев
Семинарист, бурсак, попович — в контексте XIX в. понятие многозначное. С одной стороны, оно означало принадлежность к известной сословной категории или подчеркивало ученический статус молодого человека, обучающегося в духовной семинарии, с другой — презентовало некий собирательный образ, по преимуществу отрицательный, который к началу XX в. приобрел черты в полном смысле расхристанного бунтаря. В данной статье на основе анализа мемуаров известных литераторов и экс-семинаристов, литературных произведений и публицистики XIX в., а также ряда законодательных документов показано поэтапное формирование представлений современников об учениках духовных школ России, изъяны организации в них учебно-воспитательного процесса и их проявления в отклоняющемся поведении юношества из духовного сословия. Методологические подходы социальной истории позволили проследить формирование неразрешимого противоречия между социальной ролью наставника, пастыря, духовного отца, к которому должна была готовить духовная школа, и конфликтующим с окружающей средой семинаристом, находившимся в оппозиции к базовым установкам и принципам той образовательной среды, в которой он существовал. В заключение отмечено, что в рассматриваемый период обозначилась устойчивая тенденция обособления сообщества семинаристов в субкультурную группу, на которой лежала печать отверженности, что нашло продолжение в зарождении их «новой» веры — веры в созидающую силу революции
В рецензии рассматривается коллективный труд «Между историей и литературой: дискуссии о романе А. Н. Толстого “Петр Первый” в 1930-е гг.» (М.: Совпадение, 2024. 416 с.). В основе издания — публикация архивных материалов трех дискуссий 1930-х гг., в которых принимали участие историки и литературоведы. В течение предшествующих десятилетий к отправленным в архив материалам дискуссий об историческом романе и о романе А. Н. Толстого «Петр Первый» обращались только специалисты, поэтому данное издание значительно облегчает изучение этих весьма ценных текстов. Материалы дискуссий впервые вводятся в научный оборот, теперь они доступны не только для исследователей, но и для широкого круга читателей: учителей, преподавателей вузов, студентов — для всех, кто интересуется жанром исторического романа. Стенограммы достаточно отдаленных от нас по времени дискуссий в рецензируемой книге пояснены весьма подробно: комментариями, прилагающимися статьями современных специалистов, дополнениями в виде не вошедших в дискуссии статей критиков 1930-х гг., а также поясняющими дискуссии аналитическими статьями. Книга снабжена и богатым иллюстративным материалом